Четверг, 19.10.2017, 22:51
Приветствую Вас Гость

Каталог статей

Главная » Статьи » Книги на сайте

Александр Власенко, О роли зрительных иллюзий в ринговой экспертизе собак и породном разведении ЧАСТЬ1

Александр Власенко

О роли зрительных иллюзий в ринговой экспертизе собак и породном разведении

 

Spellcheck, оформление: ТаКир, 2008

 

 

Иллюзии при экспертизе собак, к сожалению, имеют место быть. К еще большему сожалению, они оказывают серьезное влияние не только на какие-нибудь передвижки в ринговой расстановке, но нередко и на всё целиком направление в развитии породы, что обусловлено общепринятыми методами отбора производителей по их выставочным успехам. А здесь, при существующей системе разведения, основанной на «тиражировании» чемпионов красоты, повороты и, соответственно, утраты, могут быть непоправимыми. Вряд ли кто из мало-мальски опытных экспертов не найдет в своей памяти тому примеров. Зато эти же эксперты могут не согласиться с утверждением, что иллюзии есть явление заурядное, а вовсе не исключительное или случайное.

Прежде всего, что такое иллюзия? По Ж. Годфруа[1], «иллюзия характеризуется наличием сенсорных сообщений, неправильно расшифрованных одним человеком, а иногда и многими людьми».

О некоторых зрительных иллюзиях собаководам известно давно. Например, о влиянии окраса. Черные, скажем, доги при одинаковых фактически промерах смотрятся изящнее и беднокостнее тигровых, а тем более палевых. Либо о длине шерсти: кавказские овчарки с длинной шерстью кажутся мощнее и внушительнее, нежели короткошерстные. А разве разлинная собака любой длинношерстной породы не выглядит нескладнее и кургузее самой себя, но только нормально одетой? Сюда же, к известным иллюзиям, можно отнести воздействие длинно и коротко купированных ушей на восприятие форм и размеров головы, и эффект алертности, когда собака высоко поднимает голову, напряженно выискивая в толпе зрителей своего хозяина, и т.д., и т.п.


Рис.1 Коротко купированные уши придают голове немецкого дога некую простоватость, а высоко посаженный хвост у боксера создает видимость более компактного корпуса и маскирует излишний наклон таза.



[1] Ж. Годфруа «Что такое психология» М.,»Мир»,1992.



Это всё те иллюзии, которые возникают у людей неискушенных. Эксперт же, которому опыта не занимать, на такие крючки, конечно же, попадаться не имеет права. От него требуется оценивать и описывать не то, что видится, а то, что есть на самом деле. Хотя, понятно, и для эксперта внешняя эффектность экспоната может быть немаловажной. Впрочем, у нас речь идет не об этих, известных, иллюзиях.

Не так уж редко встречаются иллюзии трудноразличимые, выявить которые за счет одного только опыта ринговой работы нельзя, но нужны для того серьезные знания и хороший глазомер. А вот с этим у нас (да и не только у нас, а и в европейской, и в американской кинологии) проблем хватает.

От практики применения собак, где познается истинная цена экстерьеру, наши эксперты (за исключением разве что охотников) почти поголовно оторваны, с биомеханикой и локомоцией (теорией движения) знакомы лишь на самом поверхностном уровне, биометрией и хронометражем им заниматься зазорно, даже рисовать мало кто умеет (а эксперт без рисовальных способностей, то есть не владеющий линией, не видящий ее, какой же он, к чёрту, эксперт?!).

Как таких экспертов делают, ни для кого, в общем-то, не секрет. Где поточным методом, где позвоночным, где на семейном подряде. Бывают и ручной сборки, в смысле, «рука руку моет», и лапчатые, и альковные. Прежде даже кобелиных встречал (это когда категорию давали владельцу классного импортного кобеля, в целях, разумеется, легкого доступа к использованию последнего в разведении).

Как бы там ни было, но если эксперту приходится судить, то волей-неволей он должен чему-то учиться. Чему он может научиться в принципе – это второй вопрос. А первый и главный: чему он учится? Что значит «эксперт прошел хорошую школу»? Ведь это не об учебных курсах говорится, курсы – тьфу! Грызть и переваривать гранит кинологии возможно и в домашних условиях. Вызубри три-четыре дельные книжки – получишь результат не худший. Суть же «школы» для нынешнего эксперта заключается в перенимании ухваток и методов другого, желательно очень известного или даже знаменитого эксперта, то есть в подражании. Однако, слабое место подражания в том, что «организм воспроизводит действия модели, не всегда понимая их значение» (Ж. Годфруа). Теперь: как это выглядит, применительно к экспертам. Один подражает другому, тот – третьему, и так по цепочке до того, кто сам когда-то приблизился к истине и что-то в ней понял. Но, уразумев многое, основоположник применял, демонстрировал не всё, что знал, а только необходимое, соответствующее современной ему практике. Для первого подражателя и это было откровением, он тоже что-то упростил, рационализировал для каждодневного употребления. Ну и так далее, до полной профанации. В итоге, дойдя до другого конца цепочки, живое знание превращается в куцую схему, мертвую догму, прикрываемую высоким именем основоположника. Если суть выхолощена, то реальной ценностью обладают уже не ущербные схемы и догмы, а ухватки, к этим схемам прицепленные.

А сегодняшнему эксперту знания тем более не нужны: правила судейства на выставках «эфцеишного» пошиба не требуют даже никакого связного объяснения расстановки, ни, тем более, подробных описаний. Вполне достаточно ограничиться несколькими штампованными фразами в адрес победителей ринга.

Это всё к чему: эксперт, не знающий сути породы, то есть ее реального применения, не изучивший систематически ее предельных возможностей, навесивший на свои глаза шоры шут знает кем и когда придуманных «незыблемых» канонов, такой эксперт не в состоянии отсеять зерна от плевел, он легко становится жертвой иллюзий в силу своей неспособности критически и здраво оценить то, что он видит. Он не эксперт.

В качестве примера рассмотрим один из наиболее часто встречающихся случаев «скрытой» иллюзии. На рисунке 2 изображены две линии верха среднеазиатской овчарки. Собственно, это одна и та же линия верха, только повернутая под разными углами, в чем нетрудно убедиться, совместив рисунки через кальку. Но почти любой эксперт, сравнивая две эти одинаковые линии с позиций общего экстерьера, обнаружит в нижней линии массу недостатков: низкую холку; резко выраженную переслежину; мягковатую, а то и провислую спину; слишком выпуклую поясницу; короткий крестец. А может и еще что-нибудь.

Рис.2. Эти две разные линии верха на самом деле совершенно одинаковы.

 

Отчего такое происходит? Возьмем две абсолютно одинаковые дуги (рис.3), но расположим их так, чтобы при рассмотрении первой взгляд скользил только сверху вниз, а по второй взгляд сначала поднимался вверх, а потом опускался вниз. Если эти дуги показать неподготовленным людям, то большинство из них скажет, что вторая дуга более выпуклая, чем первая. Этот зрительный обман кроется в особенностях нашего зрения. Упрощенно объясняя, мы оцениваем выпуклость линии по величине работы, совершаемой нашими глазами. Движение зрачков вверх и вниз бессознательно оценивается нами как работа большая. Если дать людям возможность рассматривать данный рисунок в разных ракурсах, то количество верных ответов заметно возрастет. Человек же с тренированным глазомером и знающий о «коварствах» своего зрения вряд ли обманется и при первом предъявлении.

Рис. 3. На самом деле длина и кривизна этих дуг одинаковы, хотя легко может показаться, что это не так.

 

Но это не всё объяснение. Эксперт ошибается, прежде всего, потому что он отталкивается от привычных канонов, привычных систем отсчета; он не видит подлинной картины, потому что видит другое – то, чего нет. Вот самая неприятная из иллюзий: видеть не то, что есть, а то, что хочешь видеть, потому что так видеть приучен.

Когда шаблонный подход к экспертизе принимает массовый характер, он делается просто опасным. Стоит «скрытой» иллюзии распространиться, и она может поставить под угрозу физические качества, здоровье, работопригодность целых популяций и пород собак. Едва ли не самой трагичной иллюстрацией этому может служить история замены поголовья немецких овчарок в России, когда популяция собак «гэдээровских» кровей в течение нескольких лет оказалась вытесненной много худшими по своей пользовательной пригодности собаками западногерманских выставочных линий. Краеугольным камнем этой драмы явилась идея о конструктивном преимуществе овчарок «овального» типа сложения (т.е. фактически типа, характерного для выставочных линий ФРГ) перед овчарками «треугольного» типа (ГДР). И хотя на практике «овальный» тип своих преимуществ отнюдь не подтвердил (всё было как раз наоборот), однако идея эта не только не получила достойной отповеди у большинства экспертов, но была воспринята ими как нечто само собой разумеющееся. В их глазах она виделась настолько доказательной с точки зрения теории экспертизы, что противопоставить ей тут ничего не смогли даже самые отчаянные противники нового направления. Предлагали сравнивать скорость бега рысью и выносливость, конституцию, выразительность, рабочие качества наконец, но ни одного контраргумента с позиций оценки собственно экстерьера никто не выдвинул.

Чтобы понять, почему так получилось, следует несколько углубиться в историю экспертизы экстерьера немецких овчарок. Лекалом гармоничности их сложения со времен Штефаница служила сетка Зеттегаста.

Рис.4. Сетка Зеттегаста (обозначены только некоторые основные пропорции).

 

Нет, пожалуй, никого из любителей породы, кто бы об этой сетке не знал, но, вместе с тем, никто уже давно на нее, в полном варианте, не ориентируется. Дело в том, что сетка эта только на первый взгляд проста. Многие и многие убеждались, что попытки достичь обозначенного в ней идеала сродни желанию укусить собственный локоть. Казалось бы, чего там: все пропорции указаны, все желательные промеры налицо; подбирай собак наиболее к ним близких, рано или поздно получишь потомство, соответствующее нарисованному идеалу. Ан дудки. Можно получить соответствие по тому или иному ряду параметров, но отнюдь не по всем. И как только пробуешь добрать остальные, тут же теряешь имевшиеся ранее. Так что хитра сеточка-то. И мудр был ее создатель. Хотя как знать, только ли тонкий расчет или озарение руководили им, и не вмешался ли в это дело Его Величество Случай?

Разберемся с некоторыми секретами сетки. Возьмем глубину переднего отдела. Она замеряется по горизонтали от плечелопаточного сочленения до пересечения с вертикальной линией, опущенной от заднего края лопатки, и высчитывается в процентах от длины корпуса. Однако же, если мы рассмотрим двух собак с совершенно идентичным строением передних конечностей, одного роста, но разного формата (формат, как известно, довольно заметно варьирует у овчарок[1]), то возможно, что при одной и той же абсолютной глубине переднего отдела, относительная его глубина у более короткой собаки будет считаться нормальной, а у более длинной – недостаточной. Очевидно, что если строение конечности в приведенном случае идеально правильное, то требовать какого-то еще лучшего строения ради увеличения глубины отдела бессмысленно. Стало быть, увязка глубины переднего отдела с длиной корпуса не вполне корректна. Нужна более константная система отсчета. На роль таковой более всего пригоден рост в холке. Исходя из соотношения длина/рост =10/9, выводим удобную формулу Х=90a: Н, где Х – искомая относительная глубина отдела в процентах, а – абсолютная глубина отдела в см, Н – рост в холке в см, а 90 – коэффициент пропорциональности для идеального формата овчарки.

Теперь посмотрим, насколько возможна идеальная глубина переднего отдела (28%) при идеальном наклоне лопатки (45°), плечевой кости (90° к лопатке) и идеальных же высоконогости и глубине груди (52% и 48% соответственно). Поскольку абсолютная длина плечевой кости всегда существенно больше абсолютной длины лопатки, то вертикаль, опущенная от края лопатки будет проходить никак не далее локтевого отростка, а либо вдоль него, либо непосредственно через локтевой сустав, либо даже перед последним. Все другие случаи связаны с отклонениями в расположении лопатки и плеча. Из рисунка 5 видно, что линии, идущие вдоль лопатки, плечевой кости и заданная вертикаль образуют равнобедренный прямоугольный треугольник, один из острых углов которого находится на уровне верхнего края лопатки или чуть выше, а нижний – в районе локтевого сустава. Линия же промера глубины отдела делит этот треугольник строго пополам на два опять-таки равнобедренных прямоугольных треугольника. С помощью Евклида нетрудно установить, что длина гипотенузы большого треугольника ровно вдвое превышает промер глубины переднего отдела. При росте в холке 55 см (нижняя граница стандарта у сук) длина гипотенузы составит 17,1*2=34,2 см; при росте 65 см (верхняя граница стандарта у кобелей) – 20,2*2=40,4 см. Полученные цифры с той или иной точностью показывают расстояние от холки до локтевого сустава. Что же остается на высоту ноги в локте? Соответственно, 20,8 см и 24,6 см. Это соответствует индексу высоконогости 38%. При норме 52%! Абсолютная разница – 7,8 см и 9,2 см.


Рис. 5. |AB| = |BC| ; |AD| = |DC| = |BD|.


[1] а= L * X/100. Если L/Н=10/9, то L=Н * 10/9. Тогда а= 10 H * X/9*100 или а=Н * Х/90. Отсюда X=90a/H.



Нет ли в расчетах ошибки? Есть. Неточность возникает оттого, что локтевой сустав, по расположению которого производился расчет, и бугор локтевого отростка, по которому замеряется высота ноги, находятся на разной высоте. Разница эта составляет у немецких овчарок что-то около трех – трех с половиной сантиметров. Ну что ж, не будем мелочиться, ликвидируем погрешность с гаком: пять сантиметров. Итого, высота ноги возрастет в первом случае до 25,8 см, во втором – до 29,6 см и составит, соответственно, всего 47% и 45,5%. И это при почти невероятном допуске! Так что первоначальные расчеты могут быть ошибочны и в два, и в три, и в пять, даже в шесть раз. Все равно, оставшегося с лихвой хватит для однозначного вывода: при соблюдении указанных в сетке Зеттегаста наклонов лопатки и плеча, а также при идеальной глубине переднего отдела, индекс высоконогости, указанный там же, соблюден быть не может. Он составит заведомо меньше 50%, т.е. собака будет низконогой, приземистой.

Собственно, косое расположение плечевой кости, равно как и лопатки, здесь и ни при чем; если они будут располагаться более отвесно, то картина только усугубится. Важна лишь означенная глубина переднего отдела.

 

Интересно, а что мы получим при расчетах, исходящих из идеальной высоконогости, т.е. 52%? При том же огромном допуске 5 см? Считаем:

 

Рост:

55 см

65 см

Высота передней ноги в локте (52%):

28,6 см

33,8 см

Она же в локтевом суставе (-5 см):

23,6 см

28,8 см

Гипотенуза большого треугольника:

31,4 см

36,2 см

 

Глубина переднего отдела

по росту в холке:

по треугольнику:

 

17,1 см (28%)

15,7 см (25,69%)

 

20,2 см (28%)

18,1 см (25,06%)

Длина корпуса

по росту в холке:

по рассчитанной глубине переднего отдела:

 

61,1 см

56,07 см

 

 

72,2 см (индекс формата 111)

64,64 см (индекс формата

соответственно 102 и 99,4).

 

Цифры беспристрастно свидетельствуют: при идеальной высоконогости и идеальном же формате, глубина переднего отдела немецкой овчарки никогда не может достигнуть не то что 28%, но даже и 26%.

Итого, доказано, что сетка Зеттегаста есть модель в чистом виде умозрительная, и пропорции, в ней приведенные, разведением получены быть не могут. Разве что удастся вывести овчарок с плечевой костью более короткой, чем лопатка.

Тайна сетки Зеттегаста как раз и заключается в том, что она объединяет в себе несовместимые пропорции. Поэтому идеал, ею обозначенный, недостижим. И поэтому же, если бы всё время помнили о нем как о едином целом, а не об отдельных только соотношениях и величинах, то отбор овчарок по экстерьеру никогда не привел бы к утрированию одних экстерьерных признаков в ущерб другим. Ибо сетка Зеттегаста есть изумительно изящный инструмент для решения сверхзадачи: поддержания, в процессе разведения немецких овчарок, динамического равновесия между различными конструктивными типами сложения. Ради того, чтобы ни один из возможных среди них вариантов, каждый со своими достоинствами и недостатками по-своему приближенный к идеалу, не приобрел тотального доминирования и, таким образом, не отклонил породу от изначальных принципов ее разведения в сторону снижения пользовательных характеристик.

Ну сетка-то сеткой. В конце концов, можно ведь сказать, что овчарок судят не по сетке, а по стандарту. Ой ли? В стандарте, между прочим, указано: наклон лопатки около 45°, плечо находится под почти прямым углом к ней; высота передней ноги в локте превосходит глубину груди и составляет около 55% (!) от роста в холке; индекс формата 110–117 (!). И как же будет смотреться собака, полностью отвечающая стандарту по крайним значениям? Получается следующее. При росте 65 см, формат 117 соответствует длине корпуса 76,05 см. Высота передней ноги в локте, при 55% высоконогости, будет 35,75 см. С прежним большим допуском в 5 см, высота в локтевом суставе окажется 30,75 см. Отсюда, на гипотенузу большого треугольника останется максимум 34,25 см. Глубина переднего отдела 17,125 см в пересчете на проценты от длины корпуса даст всего-навсего 22,5%. Она же при формате 110 чуточку не дотягивает до 24%. В обоих случаях менее четверти от длины корпуса! А ведь это глаз эксперту отнюдь не радует. Да и откуда же здесь взяться столь любимому экспертами глубокому корпусу? Неэстетичная вырисовывается картинка. Потому-то во главе рингов на престижнейших выставках всех уровней нередко оказываются немецкие овчарки совершенно иные. С глубоким корпусом. С большой глубиной переднего отдела (относительно роста в холке, конечно). И, естественно, не соответствующие стандарту по высоконогости. Какие там 55%! По 50% не всякая имеет. Только вот почему-то никто не измеряет ноги этих суперчемпионов. Так ведь кто судит? Те, кто это и разводит. А на кой ляд тогда нужен стандарт? Для проформы, наверное. Чтобы был.

Теперь о том, какое всё это имеет отношение к истории замены немецких овчарок «треугольного» типа (читай, «гэдээровских») на «овальных». Примерно до 1980 года поголовье немецких овчарок в СССР имело, в общем, следующие распрост



Источник: http://epaper.ru.googlepages.com/
Категория: Книги на сайте | Добавил: Шкода (11.02.2010)
Просмотров: 878 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email:
Код *: